Наверное, это сложно хранить всё в себе, но только так она спасала себя от непонимания со стороны и странных взглядов. Сама она не понимала, в чем именно заключается её необычность. С виду вроде обычная девушка, которая ничем не отличается, тем более внешностью. Сегодня она впервые раскрыла все свои тайны и секреты.
- Нет, возьми, пожалуйста. Я хочу, чтобы ты это спел. Я могу, конечно, и сама спеть.…Знаешь, я тебе даже хочу спеть. Если уж я тебе раскрылась полностью, так ты должен слышать, как я пою.
Девушка не взяла лист со стихами, вместо этого она просто стала петь, просто петь, ничего не страшась. Её голос звучал вполне уверенно, но вместе с тем, он звучал как-то мелодично, словно соловей, который с утра заливался на солнышке. Так она пропела буквально чуть-чуть и как-то так задорно глянула на парня. В глазах её читался легкий страх за то, как он воспримет её голос, её саму. Она немного ещё смущалась, но потом как-то даже расслабилась. Она просто поняла, что парень понимает её.
Творческие люди понимают друг друга…- сделалf она такое умозаключение, и ей даже стало как-то легче. Вскоре она закончила петь и снова обратила свое внимание на парня,  – ну как? – с неподдельным интересом спросила она и ждала ответа.Конечно, она чувствовала себя ну уж очень странно, ещё нкто не слышал как она поёт, а вот тут она, ещё малознакомому молодому человеку, да кстати, симпотичному, она раскрыла все свои тайны и даже спела, чего раньше от неё никто не мог дождаться.
- Если ты не торопишься, то мы могли бы ещё немного прогуляться. Просто домой мне очень идти не хочется, а с тобой как-то спокойно, - девушка вновь смущенно так глянула на парня и улыбнулась. Ей было немного не по себе, что она спокойно болтала с ним. Её бросала то в жар, то в хлад, но она справлялась со своим волнением. Благо было темно и было незаметно то, как она краснеет и бледнеет. Её нельзя было назвать девушкой, которая всюду совала свой нос, постоянно болтала или что-то в этом роде. Напротив, она была скромной, часто смущалась (что парень наверняка уже заметил), поэтому было хорошо, что было темно. Это её как-то даже спасало.